и.
  Мишень превратилась в движущуюся - зэк заметался в поисках укрытия,
  какового поблизости не обнаруживалось. Сперва помчался к дому, потом
  сменил направление, побежал, петляя, к ящикам с платиной... Его ошибкой
  стало то, что он пытался укрыться, а не вести ответный огонь. Третья
  пуля, выпущенная Карташем, достала-таки и его.
   Карташ стрелял, понимая, что и сам превратилсявидеальную, открытую,
  как на ладони, мишень, понимая, что Пугач должен, уже должен стрелять по
  нему, и не понимая, почему этого не происходит.
   Гриневский, едва прогрохотал взрыв, опустил автомат к плечу и вдавил
  спуск. Короткой очередью он срезал того зэка, что больше других удивился
  явлению Гриневского, - и зэк повалился на землю. А Гриневский отпрыгнул
  в сторону, продолжая давить на спуск, упал, перекатился, уходя от
  очереди, выпущенной уголовником по кличке Грибник, и стрелял уже лежа.
  Последняя, агоническая очередь Грибника прошила воздух над головой
  Таксиста.
   А Карташ уже увидел, почему Пугач до сих пор не сделал ни одного
  выстрела в его сторону. Из-за нужника, едва завязалась перестрелка,
  вылетел заслуженный "археолог" и, вмиг оценив расстановку, понесся на
  Пугача, на ходу стреляя из короткоствольного автомата. Он просто лупил
  очередями по столу и около, отвлекая Пугача на себя, заставляя того
  вжиматься под лавку. Закончив с двумя своими противниками, Карташ тоже
  метнулся к столу.., но опоздал. Там все уже было кончено.
   Не раздумывая, Алексей подальше отбросил ногой пистолет, выпавший из
  рук Пугача, потом склонился над паханом, приложил пальцы к его шее. Жив
  авторитет! Он, расстегнув пряжку, выдернул из петель поясной ремень
  Пугача, связал ему руки. Уж чему-чему, а вязать узлы на руках их хорошо
  обучали в свое время.