пки, заодно прикрывая лица. Громко хлопала одежда.
   Едва вертолет коснулся земли, они припустили к нему трусцой. Вряд ли
  вертолетчики смогут по фигурам определить чужих.. Ну как тут определишь,
  да еще сквозь стекло? А когда отъедет в сторону дверца, они уже будут
  рядом.
   Холодный, покрытый капельками росы борт.
   Толстые заклепки, в иллюминаторах мелькают тени... Давай! Ну открывай
  же!
   Совершенно не к месту Алексей вспомнил байку, рассказанную Лупнем, -
  про урок и захваченный вертолет, и вновь ощутил приступ дежавю. Помотал
  головой, прогоняя картинки из прошлой жизни.
   Дверь поехала в сторону, открывая доступ в кабину.. Улыбающееся лицо
  в обрамлении шлемофона...
   Они одновременно выхватили пистолеты, одновременно открыли огонь.
  Пилот повалился назад, на приборную доску. Штурмана отбросило к
  противоположной дверце. Карташ запрыгнул внутрь и, увидев силуэт в
  глубине салона, вдавил спуск. Человек тянулся к сумке, наверное, там
  находилось его оружие. Ага, суки, значит, напрочь не готовы оказались к
  нападению, никак не предполагали такую возможность! Видимо, полученный
  по спутниковому телефону условный сигнал снял последнюю
  настороженность...
   Все. Трое. Никого больше.
   Легкость, с которой они завладели вертолетом, вызвало у Карташа
  чувство некоего неудобства - словно они уничтожили непричастных. Но не
  может здесь быть непричастных, никак не может! А раз ввязался в игру без
  правил, будь готов к обращению без всякой жалости.
   Гриневский и Карташ сидели рядом на земле под вертолетом, через
  поляну к ним шла Маша.
   - Вот и управились, начальник, - сказал Гриневский бесцветным
  голосом. - Теперь мы, вроде как, сказочно богаты. У нас есть вертолет,
  оружия до дури, полетная карта.