о, человек, под обаяние которого я попала, мертв.
   - Гена не дал тебе канал экстренной связи? - вклинился Карташ.
   - Нет, - бросила Маша - как показалось Алексею, с некоторой заминкой.
   - По идее, должен был дать, если играл честно, - негромко проговорил Петр. - Не мог же он не рассматривать вариант собственной гибели, все ж таки профессионал. Или, как я уже говорил, Гена и не собирался сдавать клад в государственные закрома. Ладно, сейчас уж что толку гадать...
   - Может быть, есть смысл один ящик оставить здесь, вдруг предложила Маша. - Если не известно точное количество платины, которую подготовили к вывозу, на какое-то время можно ввести их в заблуждение...
   - Давайте займемся ящиками, - устало сказал Карташ. - Когда платина будет в вертолете, легче и думаться будет.
   С перетаскиванием груза управились быстро. Хоть и тяжелы, заразы, однако не такой уж и адский труд для двух здоровых мужиков - проволочь за ручки по круглым, перекатывающимся бревнам, как по валикам.
   Справились без больших проблем и с загрузкой ящиков в вертолет: Гриневский с помощью тросов и веревок соорудил примитивный блок, струганные доски для сходен в приисковом хозяйстве тоже отыскались без труда, а дальше - тянем-потянем, с присказкой "эй, ухнем" пердячим паром затаскиваем добро в кабину.
   Да, сокровище им выпало громоздкое и тяжелющее.
   Это тебе не с компроматной дискетой в кармане бегать и даже не с чемоданом, в который упакован миллион долларов. "В следующий раз, - подумал Карташ, обливаясь потом, - соглашаюсь только на бумажный клад..."
   После того, как ящики с платиной разместили в салоне "вертушки", Гриневский отправился разбираться со взрывчаткой и детонаторами. Разобраться не мешало - неизбежную погоню следовало вводить в заблуждение, путать всеми возможными