зможными способами. В конце концов, Петр разобрался что к чему: к канистрам, расставленным по всему прииску, были приляпаны мины с радиодетонаторами, а пульт, с которого должен был уйти сигнал к подрыву, как и ожидалось, отыскался в кармане у приискового пахана, кого Алексей окрестил Седым. Детонаторы были не активированы, Гриневскому пришлось обойти прииск и поочередно привести их в боевое положение. Маша присела около вертолета, оперлась спиной о теплую резину колеса и прикрыла глаза. А Карташ тем временем занялся оружием.
   Оружия набралось выше крыши: каждый второй на прииске, не считая первого - и хозяева, и гости были вооружены до коренных зубов, за исключением, разумеется, расходного материала в лице рабов. Набралось около десятка "калашей". штук двадцать каких-то неизвестных Алексею автоматических машинок явственно заграничного производства, три девятимиллиметровых "Беретты" 93R, три "Глока", два "макарки" и два ручных пулемета. Рожки и обоймы даже считать не хотелось. Пока Карташ озадаченно чесал в затылке над грудой смертоносных игрушек, размышляя, что им делать с такой прорвой оружия, подошел Гриневский, опять завалился на траву, сорвал длинную травинку, принялся жевать мясистый кончик. Сказал буднично:
   - Ну вот, все готово к отлету.
   Действительно, оставалось только поднять машину в воздух. А отлетев подальше, вдавить кнопочку на пульте Седого и - прощай, прииск, прощай навсегда!
   - Ну что... Вот он - момент истины, богатырское распутье перед камнем, - вздохнул Алексей, отвлекаясь от своих непростых дум. - Можем бросить все и уйти в тайгу. Можем, как собирались, отдать платину государству.. вернее, тем орлам, которые за ней явятся... А ведь еще надо выйти на орлов, которые точно будут представлять государство. А пока мы будем выходить... Карташ махнул рукой.