танции, а девочка вас распутает. Если захочет. И по-другому у нас с вами никак не выйдет.
   - Я согласен! - подобострастно воскликнул Карташ, продолжая работать образ полицая. Вскочил, вытянул перед собой руки, свел их вместе, сжал кулаки. - Вяжите. Баба все равно не наша маруха, приблудная она. Попросилась подкинуть, чтоб сэкономить на билете. Расплатиться натурой - оно ж дешевле, хе-хе... Вот и пусть расплачивается. А девка ладная, не пожалеете, мужики.
   Вяжите!
   Алексей поймал на себе удивленный взгляд Гриневскою Но удивление мало-помалу начинало сходить с лица - видимо, Таксист уяснял игру Карташа, да и вообще перспективы их нынешнего положения. Значит, можно надеяться, что Гриневский вступит без пагубных проволочек.
   Маша же как сидела на своем месте, сохраняя полное спокойствие, так и продолжала спокойствие сохранять. Умных и наблюдательных сия женская невозмутимость непременно насторожила бы. Но слишком уж эти захолустные отбросы уверены в своем численном превосходстве, слишком опьянило их оружие в руках...
   К Карташу направился Гусь, по пути он отчекрыжил от бабины (ее прихватили в дорогу для всяких вагонных хозяйственных нужд) длинный кусок капроновой веревки.
   - Давай сюда грабли, - Гусь подергал веревку, как бы проверяя на прочность.
   - На, - повернулся к нему Карташ.
   И когда Гусь приблизился вплотную, Алексей схватил его за рубашку и швырнул на Ловкого.
   Выстрел грохнул незамедлительно. С реакцией у Ловкого, вполне согласно с присвоенным ему Алексеем погонялом, оказался полный порядок - разве что пуля, предназначавшаяся Карташу, досталась дешевому баклану по кличке Гусь. Со свинцом в теле тот завалился на своего ловкого приятеля.
   А Алексей уже летел вперед, не заботясь о тылах.
   О тылах должен позаботиться Гриневский... Не