скольку корыстными
  побуждениями старший лейтенант одержим не был, то и решился во всем
  откровенно признаться девушке по имени Лара.
   Если б он знал, чем все закончится, то, наверное, все-таки выбрал бы
  женитьбу на женщине, которую разлюбил, и жил бы с ней, как многие живут,
  - не в любви, но в совместном быту, изменяя и скандаля, и под конец,
  наверное, обычным житейским образом развелся бы.
   Но он предпочел честное признание, этот старлей. Ведь просто уйти, не
  сказавши куда и отчего, - не тот случай. Пришлось объясняться: мол, не
  хочу тебя обманывать и так далее.
   А кончилось все пресквернейшим образом.
   Лара, Джульетта хренова, наглоталась таблеток - и если б не вовремя
  вернувшийся отец, то откачать девушку уже не сумели бы...
   Генерал, ясное дело, тут же узнал все. Свой единственный разговор с
  отцом Лары, произошедший уже не на генеральской кухне, а в прихожей
  съемной квартиры Карташа, старший лейтенант помнил смутно. Он как бы
  отключился на то время, что бушевал генерал, понимая справедливость
  отцовского гнева и одновременно понимая всю бессмысленность сей милой
  беседы двух джентльменов. Удержалось в памяти лишь генеральская угроза:
  "Убил бы тебя, с-сучонка, но девчонку одну, без отца оставлять не хочу.
  А для тебя же лучше будет, чтоб ты исчез с глаз моих. Сгною".
   И ведь сгноил. Приказ о переводе старшего лейтенанта Карташа в
  Шантарскую область, в поселок Парма, для продолжения службы в
  исправительном учреждении номер** появился незамедлительно.
   Нет, можно было, конечно, подать в отставку, однако...
   - Не вздумай, - остерег его Серега Красицкий, штабной адъютант. -
  Через два года твоему.., хм, "тестю" проставляться по случаю выхода на
  пенсию. Его спровадят, не удержав ни на минуту, уж