ыган состроил хитрую гримасу, и на его лице проступило множество мелких и крупных морщин. - Там куплю, здесь продам, этим на хлеб-соль зарабатываю. Чего ж мне не продавать, когда кличка не зряшная людьми дадена, я ведь и вправду наполовину цыган.
   - А на другую половину? - Маша склонила голову набок и прищурилась.
   - А черт его знает! рассмеялся Цыган.
   По тому, как ушел он от разговора о товаре, проданном им банде Ловкого, у Карташа возникло подозрение, что без наркоты в этой истории не обошлось. Ну и пусть ее, еще не хватало в чужие заморочки вникать, когда своих выше Гималаев.
   - Я вам не надоем, не беспокойтесь, - разговорился сытый, опившийся чаем Цыган. - Перед казахской границей сойду, мне как-то привычнее кордоны пересекать пешедралом. Оно же, и неприятных вопросов избегаешь. Где, дескать, твоя виза-шмиза, где заполненная декларация - или хотя бы незаполненная?
   - Там все так строго? - удивился Карташ. И несколько напрягся. - Я слыхал, что эта граница чисто условная, как и киргизская.
   - Да, все так, справедливые слова, - закивал Цыган. Но, во-первых, нет-нет да и явятся местные погранцы, как черти из бутылки, чего-то шукать принимаются, это значит, у них объявили очередную кампанию по борьбе с чем-то неположенным. А во-вторых, дельце у меня небольшое имеется в приграничной земле, старых знакомых повидать надо.
   - И что-то им продать? - с невинным видом полюбопытствовала Маша.
   - Не угадали, красавица моя. Наоборот. Кое-что взять хочу, - Цыган еще отхлебнул чаю и вдруг неожиданно выдал:
   - Значит, в Туркмению путь держим?
   - С чего ты взял? - быстро спросил Гриневский, он враз подобрался, даже чуть подался вперед.
   - Я ж не первый год по железным тропинам раскатываю, кой-чего усвоил, - Цыган сделал вид, что не заметил смятения,