лаху и всем прочим богам...
   Однако Гриневский отнюдь не выглядел столь расслабленным.
   - Где сам Дангатар? - спросил он подозрительно.
   - Последствия тех самых трудностей заставили его задержаться, - с готовностью объяснил Ханджар. - Он послал нас, своих верных слуг, и просил умолять его о прощении, что не сам он вынужден встречать столь доро...
   - У него шрам на лице есть? - перебил Таксист.
   Ханджар сбился, посмотрел недоуменно, нахмурился. Пробормотал:
   - Прошу извинить, уважаемый, но я не очень хорошо понимаю. Должно быть, я слишком давно изучал язык великих Пушкина, Толе...
   - Если вы, уважаемый, верный слуга Дангатара, отчеканил Гриневский, наваливаясь на стол, - то должны знать, есть у него на лице шрам или нет.
   - Шрам?..
   - Шрам. След от ранения, полученного в бою с врагами. Повреждение на лице. Как еще сказать...
   Ханджар несмело кивнул и провел ногтем большого пальца полоску себе по физиономии - наискось от правого виска к переносице.
   - Что ж, - шумно выдохнул Таксист и выпрямился теперь расслабился и он, - по крайней мере, этот верный слуга хозяина в лицо видел...
   - Параноиком ты стал, Гриневский, - негромко бросила Маша.
   - Станешь тут...
   - Теперь все в порядке? - робко поинтересовался Ханджар.
   - Ну - Тогда могу я спросить - все ли в порядке с грузом, который с таким нетерпением ждет мой господин? сейчас в его голосе появился плохо скрываемый сарказм, и Алексей вспомнил, что, по большому-то счету, самому многоуважаемому Ханджару на дорогих гостей плевать... равно как, не будем забывать, господа, о такой возможности, - и самому Поджигаю, да продлит Аллах его годы.
   - И могу я узнать, где находится груз?
   - Сначала об этом узнает Дангатар, - сказал Карташ твердо.
   - Но груз прибыл? ' -