ли.
   Полномочный представитель аула наконец сказал . что-то веское, развернулся и, не оглядываясь, двинулся восвояси. Переговоры окончились. Ханджар бросил несколько слов подчиненным и скоренько подбежал к богатеньким буратинам.
   - Как удачно все складывается, дорогие гости! Только что этот благородный старейшина аула разрешил нам воспользоваться его родником! Сейчас мы все пойдем туда и принесем воду!
   - А чего нам всем ходить? - тут же насторожился Алексей. - Пусть вон шофер этот провинившийся сходит, а мы тут в тенечке посидим...
   - Зачем одному?! - изумился Ханджар. - Не-ет, дорогой, у нас так дела не делают! Как оставить, кого оставить?! Там сразу стол будет, еда будет! Отдохнем чуть и поедем! Сильно обидите хозяев, если откажетесь заглянуть на минутку.
   Знаю я эти минутки, с тоской подумал Карташ. Однажды, по молодости, он отдыхал в Абхазии, еще до тамошней войны, и понадобилось ему, дураку, что-то там спросить у соседа. Какую-то сущую ерунду, то ли соли, то ли каков диаметр Земли - фитню ненужную, в общем. И не было, он поклясться готов, не было у соседа никаких гостей - сосед работал в огороде, ковырялся себе среди мандариновых деревьев, и все! Но по случаю того, что к нему в гости кто-то заглянул, он отложил все дела, чуть ли не силой затащил гостя в дом, выволок, гад, на веранду кувшинчик домашнего вина, приказал супруге быстренько собрать на стол легкой закуси... И последнее, что запомнил Карташ, были ломящийся яствами стол, толпа каких-то местных абреков, в обнимку горланящих какие-то местные песни, и он сам - танцующий лезгинку под сенью винных струй.
   И он сильно сомневался, что здесь будет иначе.
   - А Дангатар нас ждать не будет? - напомнил Алексей.
   - И связаться с ним никак нельзя? - поддакнул Гриневский. - По сотовому, например...