ля на пупке непосвященного, хоть в эту минуту помолчи... Да, твоих людей убили по моему приказу. Чтобы они уже никому не рассказали, какой гнилью оказался их начальник - начальник охраны самого Гурбанберды Саидова, хякима всего Гурдыкдерийского велаята... Отпусти девчонку.
   Приказ был столь неожиданен и властен, что руки лжестарейшины непроизвольно разжались, и Маша едва не упала, бросилась к Карташу, спрятала голову на груди.
   - Что ты хочешь... - взвизгнул Мырат, начинающий понемногу соображать, что к чему.
   - Что я хочу? Я хочу вершить правосудие. У тебя есть секунда, чтобы помолиться и очистить свою душу... хотя бы попытаться.
   - Я твой хозяин, Ханджар, не смей!!!
   - У меня нет хозяина. Секунда прошла.
   Зато дальнейшее произошло меньше, чем за секунду. Стремительный шаг вперед, шорох темно-синей полы, фонтанчик крови - и вот голова нечестивого начальника покатилась по пыльной земле аула.
   Алексей закрыл глаза. Увольте. Увольте, господа!
   Я подписался упереть платину у воров, согласился доставить ее каким-то наркоторговцам в Среднюю Азию... ну, может, и немного побегать от воров туркменских. Однако присутствовать при разборках в силе вора Конана и прочих преступных элементов из фантастических книжек - это, извините, мимо кассы. Я из другого сценария...
   Нет, слыхал он, конечно, об одном авторитете из зоны откуда-то из-под Сыктывкара, который наловчился валить неугодных посредством обыкновенной таблетки, скажем, аспирина, пуляя ее ногтем аккурат в яремную вену. Как-то попался и самолично - сдуру - поспорил на пересылке с известным жуликом Моторолой, что тот вынет у него долларовую десятку из застегнутого на "молнию" кармана, к карману не прикасаясь... ну и что, ну и остался без десятки. Причем ни молния, ни карман, ни сам Карташ не пострадали.