ся подтекст вопроса - дескать, разве может мужчина придумать что-нибудь толковое.
   Карташ, мысленно сосчитав до десяти, сказал:
   - Я и Петр убедим душманский отряд, что мы в спешном порядке, испугавшись мести за содеянное, убрались из города. Потом вернемся окольными путями, присоединимся к вам, пересидим бурю, дождемся, когда наши друзья отвалят, и отвалим сами.
   - И как ты намерен убедить их?
   - Некогда, товарищ женщина, расписывать по пунктам, совсем некогда. Все, хватаем оружие и на выход...
  
  Глава 8
  
  НАКРЫТЫЕ АФГАНЦЕМ
  
  Четырнадцатое арп-арслана 200* года, 9.14
  
   Песчаная буря набрала силу. Окружающее потонуло в серой круговерти. Предметы потеряли четкость очертаний, а уж про то, насколько вообще ухудшилась видимость, и говорить нечего.
   Всем человеческим категориям такая погодка, мягко говоря, не в радость. Всем... кроме одной-единственной. Оченно немногочисленной категории и до крайности не любящей себя афишировать. Специально под этих людей можно переделать знакомую всем пословицу: "В такую погоду хороший хозяин собаку из дому не выгонит, а хороший диверсант обязательно отправится на задание".
   Под погоду можно и нужно подстраивать тактику.
   Скажем, под нынешние метеоусловия так и просится тактика диверсионной войны. Раз просится - надо дать ход.
   - Ты не ошибся, их было восемь человек? - тихо спросил Карташ.
   Он и Гриневский лежали метрах в двадцати от входа в ДК на загаженном полу ларька, в котором в давнишние времена продавали всякие там соки-воды. Предварительно выбили прикладами доски в стенке ларька и теперь наблюдали сквозь щели, как сквозь амбразуры, за крыльцом Дворца культуры.
   - Пересчитал всех, кого видел. Если кто раньше проскакал или сильно поотстал, то извини, начальник, я не в ответе.
   - Да вроде не к