и Александра Македонского.
   Собственно, все очень даже представимо: раненые греческие воины обратили внимание на то, что после купания в горном озере раны затягиваются на редкость быстро, по своему обыкновению они, естественно, приписали чудодейственную силу озера богам и в честь этих богов соорудили здесь храм. Очень может быть, что предметы, покоящиеся на каменном дне озера, помнят тех самых раненых и исцелившихся воинов древней Эллады.
   А предметы покоились. Благодаря неимоверной прозрачности воды много чего можно было разглядеть на дне, лишенном и намека на ил: часть мраморной доски с вырезанными на ней буквами, наконечник копья, изрядно погнутое блюдо, судя по характерному оттенку зеленого цвета - из бронзы, осколки мраморного бюста, надо думать, не пришедшегося по вкусу правоверным мусульманам, глиняный кувшин с отколотым горлышком, какие-то черепки, некие совершенно неопознаваемые вещи, а в выемке на дне скопилась целая груда предметов, поверх которой лежал истлевший деревянный щит (но не греческого образца, отметил Карташ, больше похож на персидский).
   Да, что ни говори, платина платиной, а особая статья - держать в своих руках штуковину, которой, быть может, касался сам гражданин Македонский. А то и владел. И ведь действительно что-нибудь весьма ценное запросто может валяться здесь на дне! Хоть те же осколки бюста, которые сложи и выйдет, скажем, голова Зевса работы гениального мастера, какого-нибудь Распопулоса из города Кастракиса, от которого дошло до нас всего одно скульптурное творение, и вот, пожалте - второе. Неужто ценители поскупятся ради того, чтобы стать единственными обладателями раритета? Да выложат как миленькие, сколько ни запросишь. Эх, кабы не шах!..
   Кстати, о шахе. Небось, минеральные источники, насыщающие водоем животворящей влагой, помогают