свалиться в глубоком нокауте. Маша была человеком неподготовленным, однако почему-то первая атака бабищи цели не достигла - ее удары месили воздух в том месте, где вот только что, миг назад стояла хрупкая городская девушка... Толпа выла от восторга, топала ногами, орала, свистела. Карташ на какое-то время даже забыл о своих страхах и включился в процесс - столь невероятным было зрелище. Маша работала, никаких сомнений, может быть, не слишком уверенно и четко, но работала, причем в совершенно незнакомой Алексею манере! Она извивалась, крутилась на месте, казалось, беспорядочно махая руками-ногами, но ни один удар соперницы пока цели не достиг. Доширак завизжала, попыталась схватить ее в охапку, сжать в объятиях, задушить, сломать кости, Маша выскользнула из кольца, легким перемещением очутилась за спиной бабы-терминатора, взмах руки - и кулачок влепился в почки уркаганши.
   Доширак пошатнулась, но на ногах удержалась. С разворота ударила Машу ногой, и та покатилась по импровизированной арене.
   Джумагуль что-то выкрикнула по-туркменски, что-то вроде: "Гылыч-гельды!", и Маша вскочила на ноги.
   Рот ее был в крови, в глазах появился незнакомый, страшный блеск.
   - Я тебе п...ду порву, сука!!! - заорала Доширак и вновь ринулась в бой.
   Удар, уход, нырок под локоть, удар, блок, захват!
   Прыгающие языки костров скрадывали движения гладиаторш, не позволяли уследить за всеми маневрами и перемещениями. Доширак визгливо выплевывала всевозможные угрозы, брызжа слюной и кровью (значит, пропустила удар в голову, никто и не заметил - когда), но добраться до верткой соперницы не могла. Она уже вымоталась - с самого начала, уверенная в быстрой победе, взяла слишком большой темп, и теперь постепенно выдыхалась. Толпа ревела. Джумагуль время от времени выкрикивала непонятные слова,