аром в два счета. А ничего устроился нынешний хяким, сигнализация эта была не простая, динамически-тепловая, через которую мышь не проскочит и враг которую не отключит.. если, конечно, не знает, как.
   Длинный коридор, стены задрапированы тяжелыми, из-за "Филина" кажущимися розовыми тканями.
   Скульптуры воинов в кожаных доспехах, скульптуры полуобнаженных девиц. Кривые сабли на стенах...
   Поворот налево, и сразу же из-за угла навстречу выскакивают три темные фигуры. И хотя Карташ был предупрежден заранее, все же палец на курке непроизвольно дернулся, и "узи" едва не плюнул кусочком смерти в медной оболочке. Судорожно переведя дух, Алексей, как учили, взял на прицел неприметную нишу в углу и в душе восхитился начальником охраны мертвого Аллакулыева: поставить в горце коридора обыкновенное зеркало в рост человека, чтоб неприятель сдуру принялся палить в собственное отражение - это умно. Это дьявольски умно. Тем временем из ниши выдвинулся очередной страж - и пал, попав под пересечение трех молчаливых свинцовых струй. Шумно, вообще-то, упал, но теперь это не имело никакого значения: они уже пришли, да и звуки, доносящиеся из спальни, могли атомный взрыв заглушить - не то что падение мертвого тела.
   - Очки снимите, ослепнете, - уже не скрываясь, посоветовал Дангатар. - И помните: хякима не трогать.
   Дверь в будуар отсутствовала - арку с закругленным верхом закрывали тяжелые портьеры с изображением лилий. Одним движением он содрал портьеры с креплений, шагнул внутрь и щелкнул выключателем на стене. Пространство озарилось ярким светом, струящимся с потолка, из многоламповой вычурной люстры.
   В будуаре имели место: посреди комнаты исполинский сексодром с атласными сиреневыми простынями под невесомым балдахином на тонких резных подпорках, зеркальный потолок, толстенный