ощади Огуз-хана в Ашхабаде. И в подтверждение просьбы...
   Он вернулся к столу, достал из папки лист мелованной бумаги жутко официального вида, брезгливо толкнул через стол к Карташу.
   "Указ Президента Туркменистана, - прочитал Алексей. - О награждении граждан России А. А. Карташа, П. И. Гриневского и М. А. Топтуновой орденом Президента Туркменистана "Garassyz Turkmenistana bolan beyik soygusi ucin".
   За особые заслуги перед нейтральным государством Туркменистан и его сплоченным народом наградить граждан России А. А. Карташа, П. И. Гриневского и М. А. Топтуновой орденом Президента Туркменистана "Garassyz Turkmenistana bolan beyik soygusi ucin".
   Президент Туркменистана Сапармурат ТУРК-МЕНБАШИ.
   Подпись, дата".
   И все.
   Карташ перечитал еще раз. Помотал головой, передал листок остальным.
   - Вот такая вот фигня, соколы вы мои орденоносные, - вздохнул викинг. - Ноу комментс, как говорится.
   - И? - осторожно поинтересовался Гриневский. Викинг уселся за стол, сцепил пальцы в замок.
   - И предлагаю я вам послужить родине еще раз. Поставить точку в этом деле.
   Завтра в Москву я отправляю литерный поезд с этой долбаной платиной. Вы отправитесь с ним. Под конвоем. Сдадите ящики, и пусть в столице решают, как с вами быть. Но обещаю: то, что вы помогли моей структуре, вам зачтется. Будет официальное расследование, но ничего страшного, обычная бюрократия. Я замолвил за вас словечко... Ясно?
   - Не очень, - медленно проговорила Маша. - То есть мы сами повезем платину?
   - Ага. Вы ее нашли, отбили у уголовников, вы ее и доставите по назначению... По-моему, логично.
   - А какие гарантии, что ваши московские коллеги не упекут нас по полной программе? - спросил Гриневский.
   - Господь с вами, какие гарантии?! Никаких гарантий, кроме слова