овой примочкой
  припухлость на скуле. - Я ж археолог, с лопатой дружу уж сколько лет...
  Который год полное лето в поле, а поскольку всего лишь аспирант, а не
  доцент, то копать приходится от утренней зорьки и до самой аж до
  вечерней...
   Да и в городе не запускаю себя - за бумагомарательскими-то
  обязанностями... Кстати говоря, к вам тоже откомандирован на предмет
  проведения раскопок.
   - Вы в одиночку копать будете, да? Али экспедиции уже не в моде? -
  невинно спросил Карташ.
   И вдруг поймал себя на том, что этот турист-супермен его раздражает.
  И нет никакого желания подвозить его до поселка, нехай сам добирается,
  вот взять бы и сказать: мол, не положено брать попутчиков на служебной
  машине... Но как тут откажешь, когда он дорогу помог скоротать самой
  дочери "хозяина"!
   - Я всего лишь должен провести археологическую разведку, - аспирант
  расплылся в улыбке, продемонстрировав ровный строй прямо-таки
  американских зубов. - Где, что. Наметить место под разбивку лагеря. В
  первую очередь мне поручено определиться в целесообразности проведения
  раскопок.
   - А у нас что-то закопано? - искренне, честное слово, заинтересовался
  Карташ. - Типа могил незаконно расстрелянных в годы культа личности?
   - Возьми на дорожку, доча. - Из-за широкой спины аспиранта появилась
  кассирша Макаровна со свертком из шуршащей бумаги. - Дай-ка я тебе в
  сумку положу. Пирожки с яблочками лучше меня в Парме никто не печет. А в
  вашем-то Шантарске так просто забыли, что такое пироги из настоящей
  печи...
   Ну-ну, девочка завоевывает Парму, сказал себе Карташ, мысленно
  тряхнув головой. Выходит, папашина дочь, помимо землекопа, успела
  очаровать еще и старушку, которая мало того что дозволила дожидаться
  машины