- периметр вокруг колонии
  вырубали два раза в год, во избежание, но лес сдаваться не собирался и
  постоянно пытался сузить кольцо, деревья плотной стеной синели в жарком
  мареве, скрывая под своей сенью прохладу, дальше к горизонту тайга
  делалась серой, словно размытой, акварельной, окутывалась загадочной
  дымкой, из которой смутно вырастали бугры сопок...
   Зато на переднем плане отлично, прямо-таки великолепно, во всех
  деталях, как на полотнах гиперреалистов, были видны два ряда колючей
  проволоки вдоль поросших мхом столбов - так называемая "простреливаемая
  полоса", она же "тропа наряда", и вышка с вышкарем, и отряд зэчар голов
  в двадцать, нестройно шагающих куда-то под конвоем, и прапоры,
  досматривающие готовящийся к въезду на территорию колонии зилок...
  Лепота.
   - Что в народе говорят? - негромко спросил Топтунов.
   Только сейчас Карташ понял, что чуточку захмелел. И упустил нить
  крайне невеселых рассуждений относительно намерений "хозяина".
   - Простите, товарищ полковник? - пожалуй, малость глуповато спросил
  он.
   - Об этом, о Пугаче, - сказал "хозяин", не поворачиваясь. - Доходят,
  видишь ли, до меня некие слухи, что будто бы на смену Баркасу его
  прислали, а Баркас власть на зоне отдавать не намерен. Баркас-то ведь из
  деловых, сам себя, говорят, "короновал" где-то под Воркутой, на всех
  положив с прибором... И плевал он на решение сходняка. Говорят, что его
  банду Пугач к ногтю прижать намерен, прежние воровские законы вернуть, а
  Баркасу с его шестерками это, сам понимаешь, не надо...
   "Стукачка из меня сделать хочет?" - подумалось Карташу.
   - Не будет никакого кипежа! - Топтунов резко развернулся и треснул
  кулаком по столу, а у Алексея появилось стойкое ощущение, что "хозяин"
  аккурат