в поселке унялась.
   Последнее желание разведывать Шаманкину марь отбила история с неким
  Прохором, вольным охотником (сиречь браконьером), мужиком не пугливого
  десятка, с богатым прошлым и настоящим, щедро смачиваемым алкоголем."
   Однажды - это было еще до появления Карта ша в Парме - Прохор тот
  разошелся в Салуне: мол, я ничего не боюсь, меня не стопорнешь, да чтобы
  я танком не пропер через все заграды, чтобы я не расчухал, что там к
  чему, падла буду, если не разворочу эту Шаманкину марь...
   Может быть, наутро он и пожалел о своей хмельной горячности, да
  делать было уже нечего, слово сказано. Он взял ружьишко и отправился в
  тайгу.
   И, естественно, не вернулся. Сгинул. Никто не сомневался, что Прохор,
  при его упрямстве и своеобразном понимании чести, двинул не куда-нибудь,
  а, как и обещал, к Шаманкиной мари.
   Конечно, случаев, когда люди не возвращались из тайги, хватало,
  однако неизвестно где они пропадали., в данном же случае адрес был
  точный - Шаманкина марь. Ну и на хрена туда шляться, в эту погибель?
  Тайги, что ли, мало? Так решили для себя все.
   Про вертолеты, которые должны поддерживать сообщение Большой земли с
  объектом, слухи ходили весьма смутные. Над тайгой нередко проносятся
  "вертушки", и среди них, бывает, попадаются военные борта, но чтобы эти
  борта кружили над Шаманкиной марью - такого никому наблюдать не
  доводилось. Кто-то из охотников, правда, говорил, что как будто бы некий
  его приятель видал гражданский вертолет, подлетавший к Шаманкиной мари,
  однако ценность этого свидетельства была невелика.
   И еще: в поселке ни разу не показывались люди с секретного объекта.
   Вот это обстоятельство насторожило Карташа в первую очередь. Хотя,
  вроде, чего настораживаться? Вроде, восемьдесят