и все рассудить логически, не столь уж и велики суммы,
  которые ваши коллеги по партии заплатят за вашу переправу на ту сторону. Мне
  подсказывает чутье, что за субъекта вроде вас в других местах могут
  заплатить гораздо больше... Ой!
   Он замолчал, беззвучно разевая рот, словно выброшенная на песок рыба,
  вмиг покрывшись испариной. Было от чего - дуло сабининского браунинга уже
  упиралось ему в грудь, на пару вершков пониже украшенной фальшивым
  брильянтом галстучной булавки.
   - Это в каком же таком месте за меня дадут больше? - угрожающе
  поинтересовался Сабинин. - В каком месте, сукин кот? Молчать! - рявкнул он
  фельдфебельским тоном, хотя ввергнутый в нешуточный испуг собеседник и так
  не произнес ни слова. - Пристрелю, сволочь такая, тут же! Ты кому меня
  продать собрался?
   И он слегка отвел дуло, не убирая, впрочем, пистолета.
   - Да вы что! - плаксиво воскликнул грозный анархист. - Шуток не
  понимаете? Я вас хотел испытать, и только, и не более того! Мало ли что
  случается, знаете ли... Но вы не поддались, хвалю! Я-то сразу понял, что вы
  не простой дезертир, молодец, мои поздравления... Уберите пушку, что вы! У
  вас же палец на спуске!
   - Очень верно подмечено, - усмехнулся Сабинин.
   - И на предохранитель не поставлено... Уберите пистолет, я вас прошу! Это
  была шутка, шутливое испытание...
   Однако Сабинин следовал инстинкту опытного военного человека,
  повелевавшему немедленно закреплять первый успех.