, рванулось наружу, пачкая рот кислым.
   За спиной у него уже трещала рация:
   - Я пятый, пятый. Северо-Восточный, шестнадцатый квадрат. Где лесочек. У
  нас "холодный", серьезный "холодный"...
  
   Глава вторая
   Самый безобидный
   ...Толпа смыкалась вокруг, как многотонная неотвратимая волна прибоя,
  люди карабкались на леса вокруг недостроенных самолетов. Профессионально
  отточенное за все эти годы чувство опасности готово было перелиться в
  панический ужас, а Брежнев вышагивал как ни в чем не бывало, отмахиваясь от
  склонявшихся к его уху то генерала Рябенко, то других "прикрепленных".
   Прошли под крылом. Над головой топот, шарканье, топот рабочие
  продвигались по платформам следом за ними, а те, что вокруг, подступили
  совсем близко, и Данил, ухватившись за руки напарников, едва сдерживал
  напор, с ненавистью глядя в эти ошалевшие от любопытства, возбужденные, ни в
  чем не виноватые лица. Ремень кобуры пополз с плеча, комкая полу пиджака,
  съехавший пиджак запеленал руку, Данил попытался резко дернуть плечом вверх,
  но Северцев тянул его в ту же сторону, влево, и ничего не выходило...
   Пронзительный скрежет! Рухнула площадка, протянувшаяся во всю длину
  самолета! Крики, оханье... Вывернув голову, Данил увидел, как Медведев и с
  ним человек пять местных, напрягаясь что было мочи, удерживают площадку на
  весу, а люди, скользя по доскам, падают им прямо на головы. Встает сбитый
  Рашидов, еще кто-то, поднимают Брежнева, и у него