ошли к главному, - сказал старлей, покривив губы в намеке
  на улыбку. - Я вас не подводил, сами начали...
   - Чушь какая-то, - сказал Данил искренне. - Он у нас был, пожалуй, самым
  безобидным. Начальник над арифмометрами. Да и по жизни ничуть не крутой.
   - Это в тихой государственной конторе вроде собеса начальник ВЦ мог бы
  считаться мирным и безобидным. А в ваших шарашках...
   - Слушайте! - сказал Данил. - Уж вам-то следовало бы знать, что в
  "шарашках", как вы изящно выражаетесь, в машинную память ничего такого
  стараются не загонять.
   - А конкретно?
   - Ну, не ловите вы меня, как пацана... Я не о нашей фирме, Я вообще. Сами
  подумайте, кто будет считать на машине черный нал или взятки таможне...
   - Резонно, - сказал мент с таким видом, словно сам в свои слова ничуть не
  верит. - Значит, кто-то вполне профессионально положил ножичком вашего
  самого безобидного кадра, вывернул все карманы, что-то тщательно поискал да
  и ушел, бросив и тысяч триста деньгами, и золотую гайку на пальце... - он с
  холодной усмешечкой уставился на Данила, уже явственно ощущавшего тупое
  неудобство под ложечкой. - Если с вашими безобидными выкидывают такие
  номера, что же с опасными-то делают?
   - У нас впервые такое, - сказал Данил. - Если все так и обстоит, как вы
  говорите, решительно теряюсь...
   - Граждане, если вы потеряли друг друга, встречайтесь на первом этаже
  универмага, у фонтана... - очень похоже передразнил Клебанов бархатный
  голосок