ву
  видишь словно бы впервые... Железное объяснение, Пьер. Ну, недельку
  поскучаешь в больнице. Доктор свой. В курсе. За те денежки, что он получит,
  из кожи вывернется. Как и мой верный пес, коммерческий директор, - он тебя
  будет водить, как ребеночка за ручку, С глазу на глаз даст любые пояснения.
  Да и я, пожалуй что, навещу как-нибудь. Есть у меня гример, и бороду
  присобачит самую натуральную, и вообще внешность изменит. Сечешь? Любая
  нестыковка, любое неузнавание будут замотивированы железнейшим образом.
  Никто не удивится, ни одна живая душа. Тебя попросту будут жалеть. Бедный
  Павлик, увечный, ушибленный, с перевернутыми мозгами, жертва роковой
  аварии... Ну кому тут в голову придет подозревать? О том, что ты есть, мало
  кто и помнит. Слышали краем уха, что есть у меня брат; за тридевять земель,
  но про то, что он близнец, никто и не знает. Не было у меня времени за эти
  десять лет родню вспоминать принародно, уж извини за откровенность. Вообще у
  нас мало кто вспоминает о далеких родственниках. Не та среда. Голова
  постоянно забита другим. Делами. Ты-то многим рассказывал с подробностями и
  живописными деталями, что у тебя есть где-то в паре тысяч верст
  брат-близнец?
   - А пожалуй что, и немногим, - задумчиво сказал Петр. - Не всегда и
  случай выпадает пооткровенничать о родне, тут ты прав...
   - Вот видишь. Все шансы... Что до фирмы, то девять человек из десяти со
  мной, с биг-боссом, общаются настолько