деть две оплаченных сполна недели, чтобы потом не
  давила жаба. Ну и хорошо, ну и ладненько. Пусть посидит, лапонька. Это ей не
  по Шантарску рассекать в сверкающей "Хонде"-автомате с кредитными карточками
  в кармане. Молодую жену он на свой манер любил, стараясь холить и лелеять,
  но все равно в глубине души таилось легкое раздражение, как у многих из его
  круга: ты пашешь, как папа Карло, день-деньской, а твоя дорогостоящая
  игрушечка на стену лезет от безделья и не стесняется капризничать чаще, чем
  следовало бы. А поскольку за полтора года как-то к ней уже привык,
  приходится терпеть, урывая свое в обстановке строгой конспирации... Что,
  впрочем, опять-таки придает жизни должную пикантность.
   Может, и в самом деле подумать над побегом? Того, кто решит по своей воле
  уйти отсюда, ждет немаленькая неустойка - но за успешный побег или захват
  заложников, соответственно, полагается возврат немаленькой части уплаченного
  за путевку. Беда только, охрана успела набраться опыта, службу несут столь
  же бдительно, как их исторические предшественники, настоящие
  черно-мундирники - болтают, добрая половина из них как раз и служила срочную
  в лагерной охране, а заместитель коменданта, это уже не болтовня, а
  доподлинная правда, как раз и переманен недавно из одной из шантарских
  колоний. Получает наверняка раз в несколько больше, чем на старом месте, а
  значит, будет выкладываться искренне. Даже Синий, человек, несомненно,
  постранствовавший