лось, и потому Моисея лечили от обычного переутомления...
  
  - Ну и что вы опять от меня хотите? - заныл Нефедко, с неприязнью глядя на
  всклокоченную Панаренко, вот уже битых полчаса рассказывающую следователю о
  своих грандиозных планах.
  
  - Идите к прокурору и берите санкции!
  
  - На кого опять?
  
  Майорша помахала перед лицом Моисея пачкой желтоватых листков, в которых он
  узнал выгоревший на солнце донос бизнесмена Пылкина.
  
  - Я вычислила тех, кого заявитель называл "неизвестными" ему лицами! -
  гордо выкрикнула Панаренко. - Это сторожа с автостоянки и дворник! С ними
  Печенкин тоже поддерживал преступные связи!
  
  От визгливого голоса майорши у Нефедко заложило уши.
  
  - А основания?
  
  - Вот! - на стол к прокурорскому работнику бухнулась толстая папка с
  какими-то документами. Моисей Филимонович опасливо посмотрел на пачку
  "оснований", состряпанных в РУБОПиКе по прямому указанию Панаренко. - Здесь
  все! Результаты наружного наблюдения, оперативная информация и выводы. Для
  санкций на арест достаточно!
  
  - А санкции прокурора на проведение наружного наблюдения были? - Нефедко
  неожиданно вспомнил одну из процессуальных норм и гордо надулся.
  
  - Ах, оставьте! - на мгновение крашенная пергидролем майорша превратилась в
  манерную дамочку, игриво подмигивающую кавалеру на балу в честь окончания
  школы милиции. - Проведем задним числом.
  
  Младший советник юстиции