ты хочешь,- уклончиво заявил старикашка, теряя интерес к
  навязчивому, но нерешительному собеседнику.
  
  - Чтоб отлетел с письмецом километра на три-четыре, - объяснил
  экс-участковый.
  
  - Так знать надо, мил человек, откуда и куда, - старик уставился на забор,
  ограждавший территорию Пулковской обсерватории. - Ежели сюда, домой, то
  совсем учить не надо. А вот если куда еще...
  
  Цуцуряк воровато огляделся.
  
  Избушка старожила-голубятника располагалась совсем недалеко от центрального
  подъезда к зданию института и с трех сторон была окружена деревьями. С
  крылечка открывался вид на аэропорт, до которого по прямой было ровно шесть
  с половиной километров.
  
  - Вот что, дед,- решился Цуцуряк.- Я тебе залог за птиц оставлю. Тыщу
  рублей. Через недельку-другую, когда решу, чо и как, отдам остальные...
  
  - Не прогадаешь,- старичок посветлел лицом, увидев в руках посетителя свою
  пенсию за два месяца. - Но ты уж не тяни со второй половиной-то...
  
  - Не боись, - пробормотал бывший милиционер, - ты пока корми их нормально.
  И чтоб не засиживались, летали...
  
  - Само собой,- закивал голубятник, пряча деньги во внутренний карман
  комиссарской кожанки. - Ну что, по грамульке? Покупки обмывать положено, -
  дед с вожделением бросил взгляд на позвякивающий в руках посетителя
  полиэтиленовый пакет.
  
  - Я за рулем, - отказался Цуцуряк и извлек на свет Божий пол-литровую
  бутылку