ах
  купечество описывал. Загляденье! Должны и современные богатые люди
  меценатами русскому искусству быть.
   - А не чувствуется у вас, Сергей, волжского акцента, - произнес въедливый
  главбух.
   - Обтесался, - скромно ответил капитан. - Учился в московском вузе, даже
  женат на москвичке был. Но не прижился у вас, потом Сукнин позвал.
   - А где учились? - очень вежливо продолжил Быловский.
   Кострецов мрачно взглянул.
   - Господин Быловский, вы не очень много вопросов задаете? Дальше,
  возможно, поинтересуетесь, как Сукнин свои капиталы заработал?
   Быловский даже привскочил, дернул обеими щеками.
   - Сергей, да что вы?! Только для поддержки хорошего разговора. Пиво
  холодное будете?
   Не слушая ответа, Семен Викторович выхватил из небольшого холодильника у
  стола пивную банку и протянул Кострецову. Тот открыл и стал пить. Достал
  главбух и себе.
   Быловский, прихлебывая, наблюдал за Сергеем. Вдруг озарился широкой
  улыбкой, отчего стрелы усов поползли едва ли не к ушам, и призвал:
   - Давайте на "ты"!
   - Для брудершафта коньяк надо пить, - солидно бросил Кострецов.
   Семен Викторович моментально водрузил на стол французский коньяк, две
  рюмки, блюдечко с мгновенно порезанными дольками лимона. Разлил.
   Они подняли рюмки, зацепились руками, выпили и поцеловались.
   - Так-то оно попроще, Сергей, - произнес Быловский, со вкусом набивая за
  щеки лимон. - Давай еще по одной.