пользовался в своей работе.
  
  Я еще раз оглядел зал. Да, это действительно роскошное заведение. Зал был
  почти полностью заполнен, торговля шла бойко, то и дело раздавалось
  хлопанье пробок шампанского. Почти все женщины были очень красивы и в танце
  умело покачивали бедрами.
  
  "Хмельной" стоит в конце бара, пьет ржаное и о чђм-то разговаривает с
  краснорожим парнем, который оплатил ему виски. Я подошел к "Хмельному",
  отвел немного в сторону эту газетную ищейку и спросил его, не знает ли он,
  кто эта роскошная дама, которая только что ушла в боковую дверь.
  
  - Это Карлотта, Перри. Разве ты не знаешь Карлотту? Что ж... Надо будет
  тебя с ней познакомить, только побереги глаза, Перри, как бы она их тебе не
  опалила. Ты когда-нибудь слышал легенду о мотыльке и пламени? - Он
  отхлебнул виски.
  
  - Она чудо, бесподобно красива, но, бог мой, до чего же это скверная
  женщина! И Перри, как она поет...
  
  И тут он начал мне рассказывать, что Карлотта поет в кабаре в этом клубе и
  у нее страсть какой горячий характер, и что немало парней получили по роже
  после того, как она с ними немного позабавилась. Если верить "Хмельному" -
  а я уже говорил вам, что парень хорошо знает эти дела - эта бабенка - нечто
  вроде современной Клеопатры и считает, что любой парень, если только его
  кошелек туго набит, вполне может подойти для нее в роли