дня же вечером и поговорить с вами. Я ужасно
  беспокоюсь и боюсь в связи с тем, что мне удалось узнать сегодня, и еще
  больше я беспокоюсь за вас.
  
  Не знаю, зачем вам нужно водить меня за нос в то время, как вы дружите с
  Сальтьеррой. Может быть, это из-за моих денег, но даже если это так, если
  даже вы такая бессердечная, как мне об этом говорили, я все равно должен
  непременно видеть вас сегодня вечером, хотя бы на несколько минут.
  
  Я не могу ничего сообщить вам по телефону. Все слишком важно, слишком
  секретно. Я приду сегодня вечером в клуб, чтобы после вашего выступления
  серьезно поговорить с вами.
  
  Вилли".
  
  Я вложил письмо обратно в конверт, конверт опять засунул в боковой карман,
  смокинг положил на бак, чтобы Сальтьерра мог его забрать, когда придет за
  ним.
  
  Я поставил лесенку на место и присел на одну из ее ступенек, чтобы спокойно
  подумать. Совершенно ясно, как это письмо попало в карман Руди. Карлотта
  сама отдала его ему после того, как прочитала.
  
  И также совершенно очевидно, что Вилли-Простофиля пришел сегодня к Джо
  Мадригалу с намерением выболтать какой-то важный секрет, а Руди ни в коем
  случае не хотел этого допустить. Вероятно, Карлотта совершенно прозрачно
  намекнула Руди, что пришло время по уши напоить Вилли Простофилю горячим
  свинцом, а Руди, выслушав ее намек, сказал "О'кей!"
  
  Кажется,