Он бросил короткий, испытующий взгляд на подполковника. Тот был явно
  взволнован. Тонкая ниточка его пробора, всегда тщательно расчесанного в
  любое время дня и ночи, когда Звягинцеву приходилось видеть Горохова,
  сейчас сбилась куда-то в сторону, исчезла в волосах, спутанных на макушке.
   - Хорошо, - коротко сказал Звягинцев и встал. - Я готов.
   ...Вызванная подполковником "эмка" за пятнадцать минут доставила их в
  расположение пограничников. Штаб размещался в одноэтажном здании из
  красного кирпича. Часовой, очевидно, был предупрежден о приезде командиров
  и, пропуская их, сказал Горохову вполголоса:
   - Полковник приказал, чтобы вы сначала к дежурному прошли.
   Дежурный, младший лейтенант с красной повязкой на рукаве, вскочил из-за
  стола:
   - Сейчас доложу, товарищ подполковник, одну минуту...
   Они присели у дощатого стола, на котором лежала толстая книга в
  коричневом конторском переплете - для записи дежурств, шахматная доска,
  несколько потрепанных экземпляров журналов "Пограничник" и "Огонек".
   Вскоре дверь открылась, и на пороге появился невысокий, грузный
  полковник. Горохов и Звягинцев встали.
   - Прибыли? - сказал полковник, кивнул Горохову и остановил свой взгляд
  на Звягинцеве. Тот представился. - Что ж, пойдемте, послушайте, - сказал
  полковник. - О секретности, думаю, предупреждать не надо, - добавил он,
  обращаясь главным образом к Звягинцеву. Он еще с минуту постоял на месте и
  пробормотал,