емцы - известные мастера провокаций. Ради нее они могут начать
  бомбить даже собственные города.
   Он обвел взглядом присутствующих, точно ища привычной поддержки.
   Но все молчали.
   Сталин сделал несколько неслышных шагов по комнате и остановился
  напротив сидящего за столом Молотова.
   - Надо срочно связаться с Берлином, - сказал он, указывая на Молотова
  изогнутым мундштуком своей трубки. - Надо звонить в германское посольство.
   Казалось, все облегченно вздохнули: в словах Сталина заключалось уже
  некоторое действие, а какого-то действия, приказа ждали сейчас от Сталина
  все.
   Молотов поспешно встал и пошел к столику с телефонами, расположенному
  возле большого письменного стола. Сняв трубку одного из них, он вполголоса
  передал указание дежурному в Наркомате иностранных дел.
   Наступила тишина. Сталин возобновил свое бесконечное движение - взад и
  вперед вдоль стены. Он ходил по-прежнему с незажженной трубкой в руке и
  лишь время от времени поворачивая голову, еще более замедляя шаг, точно
  прислушивался. И тем, кто собрался в этой комнате, казалось, что он хочет
  расслышать звуки той дальней канонады.
   Раздался телефонный звонок. Молотов, так и не отходивший от столика,
  поспешно взял трубку. Несколько мгновений он молча слушал. Потом произнес:
  "Пусть едет", положил трубку и, обернувшись к Сталину, сказал, чуть
  заикаясь:
   - Ш-шулленбург хочет немедленно меня видеть. Говорит, есть в-важное
  сообщение.