Он тряхнул головой, увидел, что к двери направляется и Иван Максимович
  Королев, снова вспомнил о Вере и устремился за ним.
   В коридоре он легонько прикоснулся к плечу Королева и, когда тот
  обернулся, сказал:
   - Здравствуйте, Иван Максимович, мы ведь знакомы.
   - Здорово, майор, - ответил, пристально вглядываясь в него, Королев, -
  помню. Павла сослуживец. Верно?
   - Да, да, - торопливо подтвердил Звягинцев.
   - Так что же, война? - строго спросил Королев.
   - Еще трудно сказать, - смущенный его требовательно-строгой манерой,
  ответил Звягинцев, - возможны провокации. Однако...
   - Что вы все заладили - "провокации, провокации"... - пережил его
  Королев. - Я про существо, не про название спрашиваю.
   - Не думаю, чтобы они решились всерьез, - неуверенно начал было
  Звягинцев, стараясь хотя бы сейчас сгладить впечатление от своей явно
  самовольной речи, но Королев снова прервал его.
   - Не думаешь!.. - слегка растягивая слова, повторил он. - А что Гитлер
  думает, ты знаешь? Это для меня сейчас важнее.
   Он сделал движение рукой, как бы отмахиваясь от Звягинцева, и, вытащив
  из кармана пачку "Ракеты", отвернулся в сторону.
   - Иван Максимович, я хочу вас спросить... - с неожиданной робостью
  произнес Звягинцев.
   Королев сосредоточенно раскуривал папиросу, не глядя на него.
   - Я хочу вас спросить, - повторил Звягинцев, - о Вере... Где она?
  Последний раз, когда мы говорили по телефону, она сказала,