ь на действительную военную службу..."
   - По ведь это же здорово! - воскликнул Васнецов, возвращая листок
  военкому.
   - Что здорово-то, что? - воскликнул военком, выхватил листок из рук
  Васнецова и бросил его на стол. - Вы знаете, сколько этому пулеметчику
  лет? Семьдесят третьего года рождения он - понимаете? Давно снят с учета!
   - Надо было ему разъяснить...
   - Что разъяснить, - с отчаянием снова прервал военком, - он тут такой
  тарарам устроил!
   За дверью раздался шум, который перекрывали отдельные выкрики.
   - Слышите, товарищ Васнецов, - жалобно произнес майор, - и все только к
  военкому! Минуя отделы! Им кажется, что я их тут же вооружу и пошлю на
  фронт. Людей в помощь мне надо, иначе зашьемся! Я уже три раза горвоенкому
  докладывал - не меньше десяти человек мне надо, чтобы этот поток расшить!
   - Хорошо, товарищ майор, постараюсь помочь, - спокойно, но в душе
  испытывая необыкновенное удовлетворение от только что услышанных слов,
  ответил Васнецов.
   ...С трудом пробившись к выходу, Васнецов сел в машину и дал шоферу
  адрес еще одного военкомата. Там происходило то же самое. Сотни людей
  осаждали двери. Тут были и юноши, и девушки, и старики. Васнецов не стал
  заходить в военкомат, понимая, что ему придется выслушать те же жалобы и
  те же требования. Он приказал шоферу ехать в ближайший райком партии.
  Секретаря райкома не было на месте, дежурный доложил, что тот с утра уехал
  на предприятия.