расположился на самом краешке, как бы показывая, что не хочет иметь
  никакого дела с этим типом.
   Они сидели молча. На противоположной полке спала, положив под голову
  свой узел и укрывшись пальто, женщина.
   Взошла луна. Ее не было видно из окна, только лес, тянущийся по обе
  стороны железной дороги, перестал казаться таким мрачным и деревья стали
  различимыми. В вагоне тоже стало светлее.
   Было тихо; одни улеглись спать, другие молча сидели в проходе на
  чемоданах.
   На Веру эта тишина, нарушаемая лишь стуком колес, действовала
  угнетающе. Она опустила голову и попробовала задремать. Но сон не шел. Ей
  очень хотелось пить.
   Человек в плаще глядел вполоборота в окно, по-прежнему облокотившись на
  свой чемодан. Теперь Вера могла разглядеть его профиль. У него было худое
  лицо, кожа обтягивала острые скулы. На вид ему было лет сорок.
   Неожиданно он обернулся к Вере, полез в карман и вытащил оттуда большое
  яблоко.
   - Хотите? - спросил он, протягивая яблоко Вере.
   - Нет, нет, что вы... - забормотала она и украдкой взглянула на
  Анатолия. Он сидел неподвижно, низко опустив голову, и как будто дремал.
   - Берите, - сказал человек в плаще по-прежнему своим сухим,
  безразличным голосом, положил яблоко Вере на колени и снова отвернулся к
  окну.
   Она взяла яблоко, снова посмотрела на Анатолия и откусила кусочек.
  Яблоко было сочное, и Вера еще сильнее ощутила жажду. Она стала торопливо
  есть.