ер пять лет назад. Запомнил?
   - Но... но кому я должен все это сказать? - с отчаянием спросил
  Анатолий.
   - Немцам, - жестко ответил Кравцов, - если придется. Документы с собой
  есть?
   - Остались в поезде. В чемодане.
   - Так и скажешь.
   Он помолчал немного и добавил:
   - Ты сожалел, что не попал в первый же день на фронт. Считай, что ты на
  фронте. Все. Вере ни слова. Ну... о Туликове.
   - Вы... вы ей не доверяете?
   - На сто процентов доверяю. Но она девушка. Может... не выдержать. А ты
  мужчина. Понял?.. А теперь запомни самое главное: что бы ни случилось со
  мной, ты должен добраться до Ленинграда и позвонить Туликову. Это очень,
  очень важно! Ну как, выполнишь?
   Анатолий сосредоточенно молчал. Как это было ни удивительно, теперь он
  не чувствовал страха. Скорее наоборот. Неожиданное поручение наполнило его
  гордостью. Все, что он пережил последние часы, и то, о чем узнал в
  последние минуты, отступило в его сознании на задний план. Для него было
  уже ясно, кто такой Кравцов. И мысль о том, что с этого мгновения он,
  Анатолий, тоже причастен к важному, секретному делу, к которому
  допускаются лишь самые проверенные, самые преданные люди, вселяла в него
  новые силы.
   Тот факт, что где-то поблизости были немцы, он реально не мог себе
  представить. И если бы не страшные минуты, которые он пережил там, в
  поезде, и потом, когда бежал в растерянности и страхе, то все происходящее
  воспринималось