.
   У него уже отдышка.
   А она его еб„т,
   И кусает, и скреб„т.
   И визжит, и весеситься,
   И пиздой на рот садиться.
   Он вонзает ей язык,
   Что могуч так и велик,
   И твердит:"Подохну тут".
   А часы двенадцать бьют.
   Кровь и сперма - вс„ смешалось,
   А Фелиста помешалась.
   Удалось в конце концов
   Оторвать одно яйцо.
   А потом с улыбкой глупой
   Отжевать кусок залупы.
   Он ор„т:"Кончаюсь, детка!"
   А она ему менетку,
   Чтоб заставить хуй стоять.
   И ебать, ебать, ебать...
  
   Утром, труп его остывший
   Осмотрел я, как прибывший
   Из Москвы кременалист.
   Так закончил журналист свой рассказ
   Печальный очень, и добавил:
   "Между прочим с нами следователь был,
   Очень юн и очень мил."
   Побледнел он, покраснел.
   На девицу не глядел.
   Так неглядя к ней склонился,
   Перед этим извенился.
   И зо рта е„ извл„к
   Хуя - ж„ваный кусок.
   И изр„к один вопрос:
   "Заебли его. За что-с?"
   И ответила Фелиста:
   "Этот был - артиллеристом.
   Рядом с нами жил на даче
   И умел решать задачи."
  
  
   - 2 -