ютно
  ему непонятной, но от этого не менее желанной девушки, заставляло напрягаться
  судорожно мускулы и биться быстрее сердце. Но он не торопился овладеть ею как
  можно скорее. Само ощущение приближающегося наслаждения было для него не
  менее сладостно -- он как истинный гурман растягивал удовольствие. И где-то
  краем сознания он понимал, что взаимная симпатия, словно освещающая каюту
  волшебным сиянием, может улетучиться бесследно от одного поспешного,
  неверного слова или жеста.
  
  -- А у тебя здесь комаров нет? -- пошутила Патриция. -- Москитов?
  
  -- Нет, -- глупо улыбаясь ответил он.
  
  -- Надеюсь, ты не обманываешь, -- сказала она. -- А ты не хочешь меня
  поцеловать? -- Безумные чертики появились в ее черных глазах, бросая ему
  дерзкий вызов. -- Пожелать спокойной ночи?
  
  -- Это ты должна сделать, -- улыбнулся Том.
  
  -- Я никогда не разговариваю с мужчинами в постели. -- Патриция томно
  потянулась в постели, коснувшись ладошками стенки каюты. Одеяло сползло на
  середину плоского живота, два холмика груди соблазнительно шевельнулись от
  ее движения.
  
  -- Мне кажется, женщины -- специалисты в этом деле, -- сказал он, садясь на
  своей постели и прикрывая одеялом нижнюю часть тела.
  
  -- Тебе лучше знать, -- ответила Патриция и они оба рассмеялись.
  
  Он встал с койки, присел к ней на краешек постели, провел своей