ГЛАВА ВТОРАЯ. ПЕРВАЯ РЕТРОСПЕКЦИЯ.
  
  
  
  
  Молодая служанка-негритянка в белоснежной полупрозрачной блузке, под которой
  просвечивал старомодный бюстгальтер, и длинной черной юбке, совершенно сбилась
  с ног, по всему дому разыскивая Патрицию. Внизу у лестницы, аккуратно стояли
  собранные вещи Патриции -- вместительная кожаная коричневая сумка и чемодан
  совершенно чудовищных размеров.
  
  -- Патриция! -- служанка взбежала вверх по лестнице и нервно распахнула дверь
  в комнату девушки. -- Патриция! Где же ты! Нас уже ждут целый час! -- в
  голосе негритянки звучали нотки отчаяния -- она всегда все принимала
  близко к сердцу. -- Самолет улетает! Патриция!
  
  Она спустилась и прошла в светлую столовую, где ее хозяева угощали изысканным
  завтраком важного гостя. Сидящие за столом вопросительно посмотрели на нее.
  Служанка виновато развела руками и бросилась на дальнейшие поиски Патриции.
  
  Отец Патриции тяжко вздохнул и посмотрел на наручные часы. Он сидел в строгого
  покроя черном костюме и накрахмаленной белой рубашке. Узел галстука,
  прихваченного бриллиантовой заколкой, был слегка ослаблен. Кофе перед ним
  давно остыл -- он его едва попробовал. Был глава семейства уже пожилым,
  седовласым, представительным мужчиной, который несмотря на возраст не потерял
  деловой активности и являлся исполнительным директором греческого