, и включила приемник на канал
  внутригостиничного вещания, где всегда крутили приятную музыку, как
  убедилась вчера Патриция. Комнату наполнили чарующие звуки танго.
  
  -- Давай потанцуем сначала, а? -- мило улыбнулась она и встала с кровати.
  
  Не давая ему опомниться, Патриция, покачивая бедрами в такт музыке, сняла
  красную кофту перед ним, оставшись в полупрозрачной белой блузочке. Вытянула
  приглашающе руки и пошла к нему:
  
  -- Прошу! -- весело воскликнула она.
  
  Патриция взяла его за плечи и увлекла в танец. Нашла его руку, взяла в свою и
  повела, он подчинился. Она довела его до стены и толкнула на нее. Он стукнулся
  о стену, она отвела и опять повела к стене -- хороший танец танго. В стене,
  так же как в номере Патриции, была вделана кнопка вызова горничной.
  
  Раз -- и в танце он снова нажал на кнопку, простите, задом.
  
  Он ничего не понимал, гневался на нее, и одновременно восхищался ею. А
  может он все-таки нравится ей?
  
  -- Ладно, хватит тянуть резину, ну быстро раздевайся! -- не выдержал он в
  конце концов и вновь толкнул ее на кровать. -- Снимай все! -- Сам он стянул
  свой белый пиджак и принялся расстегивать пуговицы на клетчатой рубашке.
  
  Патриция, нагло и загадочно улыбаясь, встала с кровати и стянула свою блузку,
  обнажив грудь.
  
  В этот момент в номер постучали.
  
  -- Что? -- дернулся толстяк,