еских фотографий,
  сравнивая их с недавно увиденным дома.
   Я была сильно возбуждена и рассказывала Марте о кинокартине, которую
  случайно подсмотрела вчера. О маме и Фреде я, естественно, ничего не
  сказала. Марта слушала меня, затаив дыхание. После этого мы с Мартой не
  виделись несколько дней, так как она вместе с матерью уехала в Копенгаген.
  Я гуляла со своими подругами, боясь делиться с ними своими впечатлениями.
  Вечером на своей машине приехал дядя Фред и привез от папы письмо. Теперь,
  зная об отношениях мамы с Фредом, я была на страже и уже знала, что будет
  вечером. После ужина мама как бы невзначай спросила, что я собираюсь
  делать. Я ответила, что пойду с девочками в парк и приду поздно. Только не
  очень, сказала мама и я отправилась одеваться. Как и в тот раз я решила
  обмануть их. Выйдя в коридор, я хлопнула входной дверью и хотела
  спрятаться у себя в комнате, но какой-то чертик подстегнул меня, и
  подумав, я юркнула в мамину спальню, спрятавшись за тяжелой портьерой. От
  страха и волнения у меня стучало в висках, но ждать пришлось недолго.
  Скоро мама и дядя Фред вошли в спальню и стали быстро раздеваться. Фред
  хотел потушить свет, но мама сказала: "Ты же знаешь, что я люблю при
  свете" и зажгла торшер. Комната сразу наполнилась розоватым