ладони, обтянутой черной
  замшевой перчаткой, как на витрине магазина, мерцали жемчужные бусы.
  Колебания кончились. Василий небрежно сунул жемчуг в карман, пачку газет -
  под мышку и, облегченный и радостный, запрыгал через две ступеньки к себе
  на четвертый этаж.
  
  
  
  
   СЛОВО ДЛЯ ЛАРИСЫ
  
  
   ...Я не знаю, зачем мысленно повторяю себе все это снова и снова.
  Вообще-то, я уже все для себя решил. Сегодня же меня не будет. Как
  водится, оставлю записку, что, мол, в смерти прошу никого не винить и все
  такое. Во втором ящике моего стола еще с прошлого воскресенья лежит почти
  полстакана таблеток димедрола - сам выколупывал из почти семи пачек. Пусть
  ей будет кисло, когда узнает. Я, конечно, понимаю, что вообще-то ей по
  плечо, да еще этот прыщ на подбородке - ну так ведь я скоро вырасту! А она
  не понимает... Но я так ей и сказал... А, да ну все это!
   Началось-то совсем даже неплохо. Наша компания тогда собралась в
  подвале, в карты дулись. Потом Дылда флакон принес, еще посидели, а потом
  завалили Бык с Бациллой (они всегда вместе ходят) и двух девок привели -
  Ольгу и Лариску. Ну, они и раньше, бывало, цепляли и приводили
  кого-нибудь. Одно время тут часто устраивали "театр" - это так наши
  называют. В прошлом году была тут в