еперь бюстгалтера
  грудь, и впился в нее. Когда я почувствовала как рука Рэма пошла вдоль
  бедра, проникла под трусики и пальцы его коснулись бугорка и скользнули
  по влажным губам, я испугалась и едва дыша прошептала: "Не надо".
   Но Рэм казалось, не слышал моих слов. Его рука продолжала гладить
  мое тело, и хотя я с силой сжала ноги, его пальцы несколько раз
  коснулись промежности. "Не надо", - прошептали вновь мои губы, но это
  был только шепот. Рука Рэма коснулась моей груди в то время, как другая
  продолжала гулять по всему моему разгоряченному телу. И я жаждала, да
  жаждала этой ласки. Перед моими глазами проплывали недавно увиденные
  картины в маминой спальне, и я подумала... пусть. Обнимая меня, Рэм
  прижал меня к дереву и рукой стал спускать с меня трусики. Вот он,
  "этот" миг с ужасом подумала я, и совсем ослабев, стала раздвигать ноги.
  И тут же Рэм, широко раздвинул свои ноги, втиснув свой перед между моих
  ног, стал с силой тереться своим возбужденным членом о мой бугорок.
  Сейчас все это случится, подумала я и мне стало страшно при мысли, что
  эта "толстая палка" должна вся войти в меня.
   Рэм продолжал неистовствовать. Губы его страстно целовали мои губы,
  передом он все сильнее прижимался к моему половому органу и вдруг, издав
  тихий стон, он как-то