ько в их выборе машин, но и в понятиях об
  организации вычислений, а также о порядке вещей в мире. Эти люди в
  принципе не могли понять очевидное превосходство децентрализованной
  системы, где никто не отдавал никаких приказов; системы в которой люди
  могли заниматься тем, что им было интересно. И если во время своей работы
  хакеры находили в системе недостаток, то они могли начать над ней
  честолюбивую хирургическую операцию, не заполняя при этом никаких форм и
  бумаг, а только лишь желая довести работу до конца.
   Эти антибюрократические наклонности очень хорошо совмещались с
  личностями многих хакеров, которые с самого детства привыкли заниматься
  научной работой, в то время как остальная часть их одноклассников получала
  социальные навыки, сшибая лбами друг друга на аренах спортивных
  состязаний. Эти молодые ребята, которые когда-то чувствовали себя в этом
  мире не очень уютно, нашли в виде компьютера фантастический противовес,
  испытывая те же чувства, что и Питер Самсон, который говорил: "Как будто
  вы открыли дверь, прошли через нее и попали в необъятную новую
  вселенную±". Однажды зайдя в эту дверь и сев за консоль компьютера
  стоимостью в миллион долларов, хакеры ощутили силу. И для них было
  естественным недоверять любой другой силе, которая пыталась бы ограничить
  в них это ощущение.
   Хакеров должно судить по их делам, а не по надуманным критериям, таким
  как степени, звания, возраст, цвет кожи и положение в обществе.
   Хорошим примером этому явилось быстрое вхождение двенадцатилетнего
  Питера