рить по-итальянски? - озадаченно
  произнес Винсент. - Я не говорил по-итальянски лет двадцать! Может,
  потому, что эта ебаная страна напоминает мне мою юность в Сицилии...
   Но тут его исторические сантименты перебил пролетавший по улице кортеж:
  впереди, с большим отрывом от основной группы машин, мчался милицейский
  "Мерседес-300", распугивая транспорт сиреной и мигалкой. За ним по уже
  свободной и чистой мостовой специальным строем - "расческой" - летели
  серый "Мерседес-600", перекрашенный "Порше-XXI" мэра Москвы и еще один
  "Мерседес-300". Словно хищные торпеды - и с тем же завывающим звуком -
  пронеслись они по мостовой, за их бамперами вздымались снежные завитки
  поземки.
   - Oh, fuck! - воскликнул Винсент. - Это моя машина! Я идиот! Я идиот
  хуев! Я отдал им свою лучшую машину! - в бешенстве и в отчаянии он готов
  был рвать на себе волосы. И вдруг замер, сказал холодно: - О нет! Я никуда
  не уеду! Я - Винсент Феррано, Сицилийский Буйвол! Я не оставлю этим ебаным
  русским все, что я нажил! - И закричал вслед улетевшему по проспекту
  кортежу: - Вы слышите меня? Я Винсент Феррано! Сицилиец! Мне плевать на
  деньги! Но вы мне заплатите за все! - и добавил по-итальянски: - Nessuno
  me lo ficca in culo! Я не позволю иметь меня в зад!
  
  
  
  
   Часть вторая
  
  
   16
  
   В марте 1996 года Москва была больше похожа на мировую столицу
  коммунизма, чем при Брежневе и Андропове. Потому что в брежневские