как
  "линкольн", нарушая все мыслимые правила движения, вырвался из переулков
  на Тверскую улицу и на бешеной скорости полетел по резервной полосе от
  центра города в сторону Ленинградского шоссе.
   Но Винсенту никто не ответил. Брух, Машков и даже пожилой шофер
  занялись разговорами по своим радиотелефонам:
   - Четвертый! Я второй! Проходим Тверскую у Белорусского, через три
  минуты будем у развилки...
   - Восьмой и двенадцатый! Где вы, екс вашу мать?
   - Всем сбор у Химок! Контрольное время - 12.10...
   По ходу движения "линкольна" стала обозначаться какая-то организация:
  то слева, то справа из боковых улиц выскакивали "джипы", "рафики", тяжелые
  грузовики и бетономешалки с надписью "ЗЕМСТРОЙ" и пристраивались в хвост
  "линкольну", словно боевая эскадра за флагманом. И по мере роста этой стаи
  мощным гулом наполнялось Ленинградское шоссе с его рекламными тумбами,
  оклеенными портретами кандидатов в президенты, и сбегали со своих постов
  уличные регулировщики, и, само собой, останавливалось поперечное движение,
  давая дорогу этой все растущей и растущей армаде.
   "Что происходит?" - жестами спросил Робин у Бруха.
   - Я не смогу объяснить по-английски, у меня не хватит слов, - сказал
  Брух.
   - All right, гавари русски, ми уже понимай, - нетерпеливо ответил за
  Робина Винсент.
   Георгий удивленно посмотрел на него, сказал:
   - Все дороги и все грузовые перевозки у нас контролируют бандиты.
  Ленинградское