койником.
   Брух, Робин, Александра и священник тоже выпили, не чокаясь.
   Священник осенил Александру крестом и сказал ей:
   - Господь простил рабу Константину грехи его, и ты, вдова, прости
  убиенного за побои. Сама установи предел своему трауру, а кольцо свадебное
  носи на другой руке, по-вдовьи...
   Робин, стоя рядом, прислушивался к этим словам, не столько понимая их,
  сколько догадываясь об их смысле. Но думал о другом. Он вспоминал день,
  когда Болотников увез Винсента в аэропорт, а он остался вдвоем с
  Александрой на кухне их квартиры на Пушкинской площади. Тогда тоже была
  метель...
  
  
  
   29
  
   Если Мэтью Ллойд рассчитывал сделать "тонны денег" на фабуле тайной
  миссии новой американской "великолепной семерки", отправляющейся на
  выручку русскому президенту, то нужно признать, что первую "тонну" он
  потерял на завязке этой истории. Потому что эта завязка не подарила
  американской семерке никаких занимательных эпизодов - за исключением,
  конечно, типично российского административного бардака, свойственного
  любому русскому начинанию - от запуска ракет на Марс до подавления
  чеченских повстанцев. Как говорят в Китае, "хотели как лучше, а получилось
  как всегда", то есть: никакого персонального самолета Винсенту, конечно,
  не дали. Болотников сказал - из опасения, что передвижение президентского
  авиалайнера (а уж тем более его полет в США!) отслеживается оппозицией с
  помощью