ый кормится с того места, на которое влез. Что милиционер, что
  президент..."
   Робин прошел мимо проституток на улицу и голоснул такси, дежурившему
  поодаль, возле тумбы с портретом Ель Тзына, на лбу которого кто-то
  нарисовал шестиконечную звезду и большой пенис. Но никто не обращал на эти
  рисунки внимания, зато на поднятую с тротуара руку в Москве мгновенно
  реагирует почти каждый автовладелец (и это тоже говорит об их нищенских
  заработках). Вот и сейчас к Робину устремились сразу три "жигуля", однако
  он предпочел такси - те же рабочие (и Александра) не советовали ему брать,
  как говорят в России, "частников", а рекомендовали пользоваться только
  такси или черными служебными "волгами", водители которых тоже кормятся
  таким образом со своих мест.
   В такси было жарко и накурено. Робин сел на переднее сиденье рядом с
  водителем, достал из кармана перекидной блокнот, открыл его, быстро нашел
  нужную страницу и показал ее водителю. На странице было написано крупными
  русскими буквами:
   ПРЕЧИСТЕНКА, 127.
   Шофер - круглолицый, с татарским разрезом глаз и с дешевой папиросой в
  золотых зубах - посмотрел на Робина и осторожно спросил, отчаливая от
  тротуара:
   - Иностранец? German?
   Конечно, Робин мог написать ему "USA" или даже по-русски "Америка", но
  он уже знал нравы московских таксистов - скажи им, что ты иностранец, и
  они повезут тебя самым дальним маршрутом. Поэтому Робин просто показал
  пальцем на