пкое слово.
  
  
  
   34
  
   - У вас багаж - больше тридцати кило! За каждое кило перевеса - процент
  от стоимости билета! - сказала дежурная хабаровского аэропорта.
   Александра захлопала глазами, соображая: билет от Хабаровска до Москвы
  - миллион шестьсот тысяч рублей и, следовательно, за каждое "кило
  перевеса" - сколько? Шестнадцать тысяч? Или сто шестьдесят?
   - Но мы уже платили за багаж на Камчатке! - напомнила ей по-английски
  двухсоткилограммовая Лэсли Голдман. За две недели поездок по стране и
  ежедневных восьмичасовых интервью русских "фокус-групп" американцы
  поразительно быстро научились улавливать смысл почти любой русской фразы.
   - Здесь другая авиакомпания, - объяснила дежурная, когда Александра
  сказала, что они уже платили за багаж в Петропавловске, а здесь, в
  Хабаровске, у них просто пересадка. - У вас двадцать кило перевеса, триста
  двадцать тысяч рублей. Будете платить или я вас снимаю с рейса?
   - We'll pay! Плат-ить! - сказал Патрик Браун, спиной и локтями
  сдерживая напор толпы пассажиров, скопившихся в хабаровском аэропорту за
  пять дней нелетной погоды. В своих светлых надутых куртках и таких же
  сапогах он и Лэсли Голдман выглядели заморскими пингвинами среди этой
  толпы сибирских лесорубов, нефтяников, толкачей, челноков и старателей,
  одетых в кожухи, меховые полушубки и китайские ватные куртки.
   Александра нехотя отсчитала триста двадцать тысяч рублей, это