кнулся где-то
  за ними прямо в болото, но не замолк, а, ворча как жук, выгреб из тины и
  вязи гнилых лиан и покатил, фыркая и пыля, вверх по обрывистому склону
  испытательного каньона - прямо на полосу перекрестного пулеметного огня и
  минных взрывов.
   - Son-of-a-bitch! (Сукин сын!) - в сердцах выдохнул Винсент и сел
  наконец в кресло, вздрагивающей рукой стал лить себе пиво из бутылки,
  проливая половину на стол.
   Кларк и Гейбл, потеряв интерес к сбежавшей машине, с индифферентным
  видом вернулись на веранду.
   А Робин подумал, что у этого русского есть, конечно, не только
  автомобильные, но и пилотские права.
   Через двадцать минут - пройдя сквозь всю чехарду обстрелов, взрывов,
  огневых и водных препятствий - грязный "порше" подкатил к веранде и затих
  в метре от нее, как изможденный бронтозавр.
   - Вы заплатите за это, - сурово сказал Винсент русскому очкарику.
   - Конечно, - спокойно отозвался тот и хорошо отполированным ногтем
  указательного пальца небрежно подвинул Винсенту платиновую карточку
  "Америкэн экспресс".
   - Это класс! - появился из кабины "порше" второй русский, сияя всем
  своим крупным круглым лицом. - Потрясно! Really! Это класс! - он протянул
  обе руки Робину и с силой пожал его руку. - Поздравляю! Ты гений!
  Замечательно! - И, похлопав Робина по плечу, повернулся к Винсенту: -
  0'кей, мы покупаем!
   - Как я сказал, - ворчливо произнес еще не остывший Винсент,