, но тут зажглись табло "Пристегнуть ремни"
  и по радио объявили:
   - Наш самолет приближается к столице нашей Родины, городу-герою Москве!
  Просьба всем пристегнуть привязные ремни и привести спинки кресел в
  вертикальное положение!
   Лэсли вынула пробки из ушей.
   - Не дали иностранцам поспать! - сказала златозубая "Гундарева" за
  спиной Александры и тронула ее за плечо. - Скажи своему Робсону, что я
  извиняюсь.
   - Ладно, бывает... - отмахнулась Александра и увидела, что улыбающийся
  "Евстигнеев" снова подошел к их рядам.
   - Ну, что ты пришел? - спросила у него златозубая. - Уйди с глаз моих!
  Уйди к своему Зю Гану!
   - Мириться пришел, - сказал лысый заискивающе.
   - Уйди от греха! Я убью тебя, понимаешь? Я тебя размажу! По аэропорту!
   - Мужчина, сядьте! - стюардессы под руки увели лысого в конец самолета.
   "Ту-134" грохнулся колесами о посадочную полосу, подпрыгнул, снова
  прильнул к земле и покатил, гася скорость, к аэровокзалу вдоль череды
  осколков развалившегося "Аэрофлота" - самолетов с разномастными надписями
  на бортах: "САМАРА", "КУЙБЫШЕВСКИЕ АВИАЛИНИИ", "TUMEN-AIR", "BASHKIRIA"...
   Шофер Штаба избирательной кампании президента встретил их при выходе с
  летного поля, вскинул на плечо тяжеленные сумки Лэсли и Александры. Они
  прошли через аэровокзал к "ауди", сели в нее и медленно покатили к выезду
  из аэропорта. И тут в двери аэровокзала они опять увидели свою златозубую
  соседку. Она была под