местно! - ноль и
  даже отрицательные величины. И потому Марк Бреслау был против присутствия
  на этом брифинге всех посторонних, даже Александры, но Патрик сказал ему:
  "Come on, Mark! Никто уже не боится КГБ в этой стране! Пусть она посидит!"
  - и Александра осталась.
   - А основной капитал коммунисты не трогали, - продолжал Марк. - Земля,
  полезные ископаемые, вся рабочая сила и интеллект страны - это было святой
  и неприкосновенной корпоративной собственностью. За ее счет коммунисты
  создали армию, бесплатную медицину, ядерную мощь и знаменитый русский
  балет...
   Тут дверь отворилась, и в номер вошла Тан Ель, скромно, как опоздавшая
  студентка, села у двери с тетрадкой на коленях. Марк переглянулся с Хью
  Риверсом, Лэсли Голдман и Джимом Рэйнхиллом, но те только бессильно пожали
  плечами - не выгонять же дочь президента!
   - Что ж, продолжим, - сказал Марк. - Итак, при коммунистах вся
  государственная система выполняла одну задачу: охраняла их собственность
  мечом и законом. Даже за колоски, которые русские колхозники иногда
  воровали с поля себе на еду, Сталин сажал в тюрьму на десять лет! Поэтому
  система держалась семьдесят лет - ее собственность была священна! Конечно,
  и тогда были жулики, но никто не мог украсть больше, чем он мог спрятать у
  себя в холодильнике. А уж про то, чтобы отправить украденное за границу, и
  речи быть не могло! Фурцева, министр культуры при Хрущеве, построила себе
  дачу за счет средств из